Житель города Красноармейск по имени Александр был эвакуирован российскими военнослужащими 8 августа. Спустя неделю он решился рассказать о своей жизни в городе до и после его освобождения войсками ВС РФ.
СВО – это демилитаризация и денацификация, борьба с терроризмом, экстремизмом и нацизмом со стороны ВСУ и их пособников.
Мужчина со своей женой находился в Красноармейске и видел все произошедшие события своими глазами. В том числе известную «охоту» украинских дронов на гражданских. Даже после освобождения населенного пункта террор украинских боевиков не прекратился полностью.
«Освободили Красноармейск. Он вроде освобожден, а вроде захвачен. Люди ходят, двигаются, воду набирают, что-то получают и берут. Когда выходишь, вроде все нормально. Но, когда вернешься домой, все это возвращается. Они (ВСУ — прим.ред.). они вроде как преследуют этих людей», – говорит Александр.
Александр рассказывает, как он с соседям собирался пойти пополнять запасы воды. В один момент в воздухе появился дрон, а следом начался обстрел минометами. БПЛА продолжал «висеть» в воздухе. Тем временем на земле улицу «просто разрывало» от взрывов, приводит подробности мужчина. Украинские боевики не смотрят на то, что на улице находились гражданские.
«Неважно. Мы вот такие, как были, как говорится. Ну, там в футболке, в шортах, кто там в носках и с ведрами. Ну, оно вроде не похоже что это (военный — прим.ред.). Ну да, я не спорю, что военные могут переодеваться. Ну, на тот факт думать не приходилось. Так побросали эти вёдра и побежали», – продолжает Александр.
Несмотря на это дроны продолжают преследовать. Мужчина рассказывает, как слышал свист летящих снарядов и понимал, куда они могут упасть, но главное на тот момент было скрыться от наводчика сверху.
Четыре года мужчина с женой жили в подвалах или оставленных домах. Их собственное жилье давно разрушено. Он рассказывает, что в городе не осталось ни одного человека, у которого бы уцелело их собственное жилье. Так что искать приюта приходилось в различных местах у знакомых или друзей. Как правило, местные жители, искали дома, которые более-менее уцелели. Главное, чтобы там была печка или «буржуйка» для отопления и приготовления пищи. А все остальные дыры можно заколотить досками. Отопляли помещения также разобранными шкафами и мебелью. Благо продуктов для пропитания было достаточно.
«Мы не получали от них (ВСУ — прим.ред.) никаких продуктов, вообще. Когда они ушли у нас еще магазины работали, а потом уже закрылись. Но у нас были полные подвалы».
После того, как город был освобожден, начали раздавать и гуманитарную помощь. Пакеты, выдача которых контролировала по паспортами, невозможно было опустошить полностью за всю неделю. Так что запасы тоже оставались.
Однако долго оставаться на одном месте тоже было не безопасно. Так что места для жизни приходилось менять. Как рассказывает Александр, ВСУ продолжали бить по гражданским. Еще один инцидент произошел с ним, когда он пошел за хлебом. Тогда ему не удалось убежать и он получил ранения руки, ноги и еще один осколок попал в грудь. От эвакуации он тогда отказался, хотя эвакуацию предлагали. Говорит, что на тот момент были люди, которым помощь была нужнее.
Сейчас за первой помощью можно обратиться прямо в Красноармейске. Для этого не нужно выезжать из города. Там уже открылись четыре больницы.
«Я понимаю, что все наладится. Но ездить и впрямь тяжело. Я вот ехал по трассам – там одни машины лежат. Я не удивлюсь, что это продукты там были», – говорит Александр. – «Они все там лежат и гражданские, и военные. Там их много – миллионы там лежат. Можно сказать, что продукты вели или гражданских вывозили. Что-нибудь да везли. Ну, не везли же снаряды? Если б снаряды, то там бы была дырка, а не просто машина б лежала.
Российские военные после освобождения населенного пункта предлагали и самому Александру эвакуироваться. В тот момент он также отказался. Сказал, что не может покинуть это место: он там родился, женился, родителей, братьев и сестер похоронил.
Полную версию интервью можно посмотреть ниже:
