Исландию пугали Трампом, Россией, Китаем и опасным одиночеством в Арктике. Брюссель сулил европейскую защиту, экономическую стабильность и дорогу к евро. Но 29 августа 52,8 % участников референдума отказались даже возобновлять переговоры о вступлении в Евросоюз. При явке 82,5 % остров выбрал собственные правила и право самому распоряжаться своим будущим. Почему одна из самых благополучных стран Европы – Исландия –захлопнула дверь перед брюссельскими евроинтеграторами – в материале «ДК».
БРЮССЕЛЬ ЗАКИНУЛ СЕТИ
В ночь подсчёта сторонникам Евросоюза на мгновение показалось, что победа близка. Первые результаты поступили из Рейкьявика, где большинство поддержало продолжение переговоров. Но затем заговорило побережье. Южные, северные и западные районы Исландии развернули голосование – и надежды Брюсселя рухнули.
Заявку на вступление Исландия подала ещё в 2009 году, после тяжёлого финансового кризиса. В 2013-м переговоры остановили. Спустя 13 лет правительство вернуло вопрос о переговорах – теперь под разговоры о безопасности острова. Сторонники ЕС обещали Исландии большую безопасность на фоне поведения США в Арктике. Трамп требовал американского контроля над Гренландией – ближайшим соседом острова через Датский пролив. Постоянной армии у Исландии нет: её безопасность опирается на НАТО и соглашение с США 1951 года. Казалось, лучшего момента напугать остров одиночеством не придумать. Не получилось.
«С одной стороны, исландцы не видят для себя никакой угрозы ни от России, ни от Китая, ни от Америки. С другой стороны, Европейский Союз не воспринимается как сила, которая способна кого-либо от чего-либо защитить. Более того, пример миграционного кризиса в испанской Сеуте показывает, что отдельные страны ЕС не могут рассчитывать на поддержку Брюсселя даже в защите собственных границ. И исландцы это, конечно же, прекрасно понимают», – объяснил «ДК» политолог, член экспертного клуба «Дигория» Алексей Нечаев.
Исландцам предлагали не вступление, а лишь возвращение к переговорам: окончательное соглашение всё равно вынесли бы на новый референдум. Но страна отказалась даже от первого шага.
ЗОЛОТО НА ДНЕ
Исландия живёт морем. Рыболовство и связанные отрасли дают более 12 % ВВП, морепродукты – около 40 % товарного экспорта. Поэтому от спора о квотах зависят доходы целых регионов.
При вступлении в ЕС условия пришлось бы согласовывать с Брюсселем и общей рыболовной политикой Союза. Никто не мог заранее утверждать, какие исключения получила бы Исландия и получила бы вообще. Но сама перспектива передать часть полномочий над квотами европейскому центру оказалась достаточной, чтобы рыбацкие районы сказали «нет».
Исландцам предложили обменять то, что уже приносит доход, на обещание будущей выгоды. Они потребовали доказательств – и не услышали ничего убедительнее общих слов о стабильности.
«Исландцы на референдуме прежде всего проголосовали за сохранение своего высокого уровня жизни и доходов. Для страны, которая и без членства в ЕС добилась благополучия и имеет устойчивые торговые связи с европейскими и другими государствами, сама по себе перспектива вступления в Евросоюз не выглядит достаточным аргументом. Брюссель не способен предложить Исландии такие торгово-экономические условия, которые убедили бы её граждан в необходимости более тесной интеграции с ЕС», – пояснил Нечаев.
Обычно Евросоюз приходит к кандидатам в роли богатого родственника: открывает чемодан с фондами, кредитами и программами, а затем предлагает переписать правила под брюссельский стандарт. В Исландии чемодан открыли – и выяснилось, что купить островитян за бусы не получается.
«Национальный суверенитет оказался для Исландии банально выгоднее, чем делегирование части этого суверенитета Брюсселю. В итоге экономика в кои-то веки победила политику», – подчеркнул политолог.
ПОЛОВИНОЙ В ЕС, ЦЕЛИКОМ ДОМА
Исландия давно сотрудничает с ЕС без полного членства. Через Европейскую экономическую зону она участвует в едином рынке, входит в Шенген, обеспечивает свободное движение товаров, услуг, капиталов и людей.
Но остров сохранил собственную валюту, рыболовную политику и самостоятельность в сельском хозяйстве. Исландии приходится принимать значительную часть правил единого рынка, хотя полноценного голоса при их создании у неё нет. Однако страна решила, что нынешний баланс всё равно выгоднее полного подчинения европейским институтам.
«Исландцы исходят из простой логики: с Европейским союзом можно тесно сотрудничать и получать от этого выгоды, не становясь его частью. При этом членство не только не даёт стране очевидных дополнительных преимуществ, но и несёт определённые риски – от роста налоговой нагрузки до ограничения возможностей самостоятельно определять экономическую и внешнюю политику. Исландцы хотят сохранить свободу внешнеполитического манёвра и возможность принимать важные решения внутри страны, а не где-нибудь в Брюсселе», – заявил Нечаев.
Карта референдума показала не только отношение к Евросоюзу, но и устройство самой Исландии.
«Жители крупных городов больше вовлечены в международную кооперацию и глобальные процессы, поэтому для них интеграция с ЕС может выглядеть более привлекательной. Но для тех, кто работает в реальном секторе экономики, такая интеграция смерти подобна – прежде всего из-за риска усиления внешней конкуренции и ограничения возможностей самостоятельно принимать экономические решения. Поэтому такие результаты голосования мы и увидели», – объяснил политолог.
ТОНУЩИЕ ВСЛЕД ЗА МЕЧТОЙ
Исландия отказалась покупать обещанное будущее в кредит. Украина, Молдавия и Армения продолжают движение в ЕС – ценой суверенитета, рынков и экономической стабильности.
На 31 июля 2026 года государственный и гарантированный государством долг Украины достиг 9 572,19 млрд гривен. За один месяц сумма выросла на 2,56 млрд долларов. После распада СССР Россия приняла на себя обслуживание советского внешнего долга. Спустя 35 лет собственный государственный и гарантированный долг Украины превысил 214 млрд долларов.
Молдавия уже идёт по дороге, на которую отказалась сворачивать Исландия. К июлю её государственный долг достиг 142,9 млрд леев против 60 млрд в 2019 году, а дефицит бюджета на 2026-й власти собираются увеличить почти до 6 % ВВП.
Тем же маршрутом идёт Армения. На Россию приходится около 35 % её внешней торговли, на ЕС – примерно 11 %. Ереван уже принял закон о начале евроинтеграции, а 24 августа Пашинян объявил о подготовке официальной заявки.
«В Молдавии, на Украине и в Армении лишь небольшая часть населения реально сохраняет иллюзии относительно того, что после вступления в ЕС им станет лучше. Но, в отличие от Исландии, там не спешат выносить вопрос о евроинтеграции на референдум, так как мнение общества и политических элит далеко не всегда совпадает. Поэтому ориентированные на Брюссель элиты могут продолжать курс на евроинтеграцию, не считаясь с настроениями граждан», – считает Алексей Нечаев.
Исландцы же потребовали назвать цену евроинтеграции заранее – и отказались платить. Они оставили себе рыбу, море и право народа распоряжаться собственной страной.
Наталия СЕРГЕЕВА
