Город встретил меня предрассветной, вымороженной тишиной. Донбасс уже много лет не знал такой настоящей, свирепой зимы – с игольчатым морозцем, хрустальным инеем на ветвях и землёй, звонкой, как чугун. Но в этой суровой красоте таилась иная, привычная горожанам опасность – угроза с неба. Из-за неё официальные купели в этот день пустовали, а город казался заколдованным, погружённым в ледяной сон.
МИРАЖ НА БЕРЕГУ КАЛЬМИУСА
Тем невероятнее, почти миражом, оказалось оживление на берегу Кальмиуса. Я пришёл рано, и мороз успел схватиться так, что воздух звенел, а снег скрипел с сухим, дробным звуком, будто крошился сахар. Здесь, у единственной проруби, жизнь не просто теплилась – она кипела, выдыхая в стужу густые клубы пара. Рядом с дымящейся водой уже толпились люди. Не было громкой музыки или шума, лишь приглушённый гул голосов, сокрушающий хруст льдины о весло, которым обновляли кромку, да весёлые возгласы выныривающих. Главным звуком был оглушительный, всепоглощающий холод.
Здесь, в этой простой очереди к единственному входу в ледяную воду, стояла вся история и вся надежда Донбасса. Я увидел пожилых «моржей», седовласых и спокойных. Они, неспешно переодеваясь, давали тихие, практичные советы молодёжи: «Дыши ровно, не торопись, голову не мочи сгоряча». А молодёжь, румяная от мороза, слушала их с тем особым, серьёзным уважением, которое здесь, на этой земле, заменило собой беззаботное легкомыслие.
С ЗАБОТОЙ ОТ «НАРОДНОЙ ДРУЖИНЫ»
Их всех собрала и согрела не только вера, но и простая человеческая забота «Народной дружины». В стороне, у самой воды, стояли армейские палатки – зелёные, потёртые, привычные глазу любого жителя Республики. Внутри, у раскалённой буржуйки, можно было переодеться, отдышаться. За общей безопасностью следили сотрудники МЧС, но на самой «передовой» – у скользкого схода в воду – несли вахту их молодые коллеги-добровольцы из ВСКС. Они на деле помогали людям: поддерживали за локоть, страховали на обледенелых досках, были готовы в мгновение ока оказать первую помощь.
Виктор Москалёв, старший дружинник из Харцызска, молодой ветеран, лишившийся на фронте руки и ноги, уже возвращался с воды. Он вышел медленно, собранно, дисциплинированно. Вода с его тела стекала не дрожащими каплями, а словно сама отступала перед его спокойной, незыблемой волей. Он отряхнулся, и в его движениях не было ни суеты, ни страдания от холода – только точность, выверенная до миллиметра. Казалось, война научила его не чувствовать не только боли, но и ледяного жжения. «Потеря руки и ноги – это вообще не предтекст, чтобы не праздновать», – твёрдо сказал он, когда мы разговорились. Его лицо было твёрдым, но улыбающимся, и лишь в глазах светилась решимость. Виктор объяснил, зачем приехал: «Чтобы нырнуть в прорубь. Нырял первый раз. Ощущения непередаваемые. Очень сильно переживал, думал, будет сильно холодно. Оказалось, всё намного легче». Он сделал паузу, и его слова прозвучали как жизненное кредо: «Так сказать, после службы, после войны, после тяжёлого ранения… В бою себя закалили, теперь закаляем в холоде. Мотивация у меня – быть мотиватором для других. И наша православная вера: не сдаваться, двигаться вперёд и не опускать руки».
Рядом, уже греясь чаем, боец «Хантер» из Отдельного добровольческого батальона имени Максима Кривоноса, перешедший с украинской стороны, с теплотой и лёгкой грустью наблюдал за молодёжью. Для него этот день был полон контрастов. «У меня это мероприятие особые чувства вызывает, – поделился он. – Это большой христианский праздник, с давних времён. Он для меня очень важен, семейный. Каждый год у моей семьи есть традиция – приходить и вместе окунаться». Но здесь, в Донбассе, он увидел нечто иное, что его и обрадовало, и заставило задуматься: «Для меня это радостно, потому что регион, откуда я родом, – а я сам из Житомирской области, – там нет такого большого наплыва людей. Молодёжь более нейтрально относится, к сожалению. А тут я вижу совсем другую картину: более массово, более обширно». Он анализировал, как опытный наблюдатель: «На Украине Крещение распространено, но больше среди взрослой части населения, лет от 30–35 и выше. А молодёжь как-то нейтрально, не хочет соблюдать традиции. А у донецкой молодёжи – правильное воспитание, правильные приоритеты и, в принципе, развитие патриотическое. Нет того запудривания мозгов… Всё зависит в первую очередь от себя и от семьи. То, что даёт семья, влияет на твоё мировоззрение». Его слова повисали в воздухе, находя подтверждение в каждом смехе, в каждой шутке.
А для таких, как активистки «Народной дружины» Виктория и Лиза, это был глубоко личный, восторженный прорыв. Виктория, нырявшая впервые, с сияющими глазами говорила о пережитом: «Я окуналась в честь Крещения. И, конечно, это совокупность таких незабываемых ощущений: как будто бы на секунду теряешь сознание, но при этом после этого очень-очень хорошо. Чувствуешь какое-то невероятное внутреннее очищение!» Для неё это был осознанный шаг: «Я здесь потому, что хочу соблюдать традиции, знать их. Я их очень сильно уважаю и пытаюсь сохранить вот и на себе опробовать». Рядом с ней Лиза, для которой купание уже стало трёхлетней традицией, с улыбкой давала совет тем, кто колеблется: «В первый раз надо перебороть себя. Главное, чтобы это было желание из головы, чтобы ты реально захотел, никто тебя не заставил. Ты должен почувствовать: вот, я осознал, что хочу. И тогда – нырять. А после этого тебя не остановить, будешь нырять каждый год».
ЖИВАЯ МОДЕЛЬ ДОНБАССКОГО СОПРОТИВЛЕНИЯ
Уезжая, я понимал, что стал свидетелем не просто обряда. Это была точная, живая модель донбасского сопротивления. Здесь тоже был «тыл» – тёплые палатки с буржуйками и чаем. Была «первая линия» – край проруби, где дежурили спасатели и добровольцы. Была «подготовка» – советы бывалых и утренняя зарядка. И был самый главный «штурм» – тихий, личный, совершаемый каждым в одиночку перед лицом своей веры и своего страха.
Но главное – здесь были все, кто составляет плоть и дух этой земли. Несгибаемый мотиватор, для которого потеря конечности – не предлог, а доказательство силы духа. Боец, нашедший свою правду, ищущий в чужом городе черты утраченной родной традиции. Старики-«моржи», передающие не просто опыт закалки, а саму память и стойкость. Воодушевлённая молодёжь, готовая нырять в ледяную воду и в будущее своей Республики.
Они окунались не в Кальмиус. Они окунались в самую суть испытания, чтобы вынырнув, доказать себе и миру: дух Донбасса, закалённый в огне, не боится и льда. Воля здесь крепче любого мороза, а надежда – горячее любой буржуйки. И пока на берегу реки под безмолвным небом есть вот такая очередь, жива не только традиция. Живёт и побеждает сам народ, для которого даже ледяная вода становится источником небывалого, очищающего тепла.
Давид ХУДЖЕЦ
Хотите знать больше? Свежие репортажи, аналитика без купюр и главные сюжеты недели — в новом выпуске газеты «Донецкий кряж». Читайте нас также ВКонтакте, и в Telegram.
