В Женеве снова встречаются Россия и Украина, хотя линия фронта трещит по швам, а ВСУ теряют позиции. А пока Киев просит «энергетического перемирия», чтобы спасти свои ТЭЦ, Европа вынуждена затыкать дыры в украинской сети своим дефицитным газом. Россия соглашается на диалог в Женеве, превращая локальную договорённость в способ обескровить главного спонсора киевского режима. Дипломатия как оружие работает эффективнее ракет.
О ЧЁМ С НИМИ ГОВОРИТЬ?
Очередной раунд трёхсторонних переговоров между Россией, Украиной и США проходит 17–18 февраля в Женеве. Российскую делегацию вновь возглавил помощник президента Владимир Мединский.
Также известно об участии начальника Главного управления (ГУ, ранее ГРУ, Главное разведывательное управление) Генштаба адмирала Игоря Костюкова и спецпредставителя президента России по инвестиционно-экономическому сотрудничеству Кирилла Дмитриева.
Напомним, Костюков возглавлял российскую делегацию на предыдущих переговорах, прошедших в конце января и начале февраля в Абу-Даби. Они традиционно были названы сторонами «конструктивными», однако к каким-то видимым подвижкам не привели. Впрочем, по данным открытых источников, некие «общие контуры» системы безопасности сторонам «обрисовать» удалось.
Нынешний раунд, по словам пресс-секретаря президента России Дмитрия Пескова, будет посвящён глобальной повестке. По его данным, в Женеве будут обсуждаться как гарантии безопасности, так и территориальный вопрос. Представители украинской делегации заявили, что поднимут тему очередного «энергетического перемирия».
Конкретные итоги нынешнего раунда переговоров не будут широко и подробно обсуждаться в прессе во избежание утечек и провокаций.
После всех многочисленных встреч, от Анкориджа, в духе которого, по словам Дмитрия Пескова, и будет вести диалог российская делегация, до Абу-Даби, даже люди, далёкие от политики, сомневаются в каких-то прорывных результатах. И в этом смысле логичен вопрос, почему Россия продолжает этот диалог. Тем более что на линии боевого соприкосновения ситуация для Киева и так с каждым днём становится всё хуже.
В декабре прошлого года президент России Владимир Путин дал однозначную характеристику текущему положению дел на Украине:
«Это трагедия украинского народа, которая связана с преступной политикой этой „вороватой хунты“, которая захватила власть в Киеве».
СЛОМАТЬ ЕВРОПУ
Всё это – большая дипломатия, в которой киевский режим уже давно не является субъектом переговорного процесса. Россия демонстрирует «граду и миру», что готова к конструктивному диалогу и, более того, несмотря на некоторую «альтернативную адекватность» противоположной стороны, этот разговор продолжает. Пытаетсяпредложить что-то Киеву, не уступая своих ключевых позиций.
Если говорить конкретно про территориальный вопрос, то ещё в конце ноября на конференции в Бишкеке Владимир Путин в очередной раз повторил официальную российскую позицию:
«Войска Украины, если уйдут из занимаемых ими территорий, тогда и прекратятся боевые действия. Не уйдут – мы добьёмся этого вооружённым путём».
Принципиальность позиции не отменяет факта: мы готовы к диалогу и готовы добиваться своих целей в том числе и за столом переговоров.
Кстати, сама регулярность встреч с украинской делегацией несёт и практическую пользу. Это и своеобразный мониторинг настроений «с той стороны», и проверка, насколько украинские политически элиты осознают плачевность своего положения. И главный вопрос – когда они всё же поймут, что альтернатив предложениям России нет, заключить мир при наличии подобного постоянного дипломатического канала будет элементарно быстрее.
При этом переговорный процесс сам по себе ставит Запад в неловкое положение. Заявления представителей Европы о том, что «Россия не хочет никаких переговоров»,разбиваются о реальность. И кто виноват, что киевский режим настолько неадекватен, что либо не идёт на договорённости, либо сразу же нарушает всё ранее достигнутое?
За эти годы европейские политические силы и электорат всё чаще и с нарастающим скепсисом относятся как к украинской авантюре, так и к нынешним своим правительствам. Отрицательный рейтинг канцлера Германии Фридриха Мерца составляет сейчас 70 %, политике Макрона доверяет только 11% французов, Стармеру выражают недоверие 75 % британцев. Что касается брюссельских боссов, то и Каю Каллас и Урсулу фон дер Ляйен всё чаще обвиняют в «узурпации власти».
Поскольку Европа затеяла с нами прокси-войну руками киевского режима, то и Россия отвечает ей тоже опосредованно. Переговоры наносят существенный вред политической репутации нынешних европейских лидеров. Делая их заявления о принципиальной воинственности России несостоятельными. То, что Европа вынесена за скобки переговорных процессов, также наносит имиджевый вред нынешним брюссельским элитам.
«ЭНЕРГЕТИЧЕСКОЕ ПЕРЕМИРИЕ»?
Политический имидж – это вещь достаточно умозрительная, если не подкреплена чем-то материальным. И здесь стоит посмотреть внимательнее на вопрос «энергетического перемирия».
Будет оно заключено или нет, на момент написания этого текста – не ясно. Тем не менеевозмущение оттого, что оно может быть заключено «на невыгодных для России условиях», уже поднимается в Сети.
Тут стоит напомнить, что прошлое «энергетическое перемирие» было сорвано с подачи Украины, и российский ответ был максимально разрушительным. По последнимукраинским данным, только с начала 2026 года российскими ударами были уничтожены десятки ТЭЦ и подстанций от Харькова до Киева, Львова и Одессы. Дефицит энергии составил до половины генерации, или 8,5 ГВт, которую могла предоставить энергосистема Украины.
И компенсировать Киеву дефицит энергии вынуждена Европа. У которой, за редким исключением, сейчас собственные большие проблемы с запасами энергоносителей. Например, в Германии внезапно оказалось, что газохранилища страны заполнены на 27 %, 20 % из которых – это «технический остаток», то есть тот газ, который нельзя изымать из хранилищ, чтобы эти хранилища просто продолжали функционировать.
Когда речь идёт про удары по энергетике, важно понимать, что цель России не в том, чтобы загнать в холод и тьму обычных украинцев. Нам нужно прекратитьэнергоснабжение предприятий ВПК и прочей критической военной инфраструктуры.
Европа является поставщиком оружия на Украину, да и сама пытается штамповать всёбольше военной техники для собственных нужд. Сейчас она не может запустить этот процесс на полные обороты, поскольку отдаёт энергию, которой у неё самой дефицит, Украине.
В случае «энергетического перемирия» Киев срочно затребует новые мощности, ресурсы и энергию для восстановления своей системы. И это дополнительно ослабит Европу – главного оружейного поставщика киевского режима.
ЧТО В ИТОГЕ?
Переговорный процесс сам по себе, и даже некоторые компромиссы с Украиной по локальным вопросам, играют на руку России. Мы показываем, что договороспособны. Огромная часть Западного мира и Украина демонстрируют прямо противоположные вещи. В конечном итоге наша позиция всё больше ослабляет наших противников. И не только на Украине. Не стоит забывать про обострение вопросов о ядерном оружии и его применении. В целом сам по себе дипломатический диалог и с США, и с Украиной позволяет несколько успокоить этот милитаристский нездоровый угар отдельных политиков и избежать ядерного апокалипсиса.
Александр ЧАУСОВ, публицист, кандидат исторических наук
Хотите знать больше? Свежие репортажи, аналитика без купюр и главные сюжеты недели — в новом выпуске газеты «Донецкий кряж». Читайте нас также ВКонтакте, Telegram и в МАХ.
