Атака американцев и израильтян на Иран – не просто локальный конфликт, а угроза мировой логистике и безопасности. Президент России Владимир Путин уже провёл переговоры с элитами Залива. Контакт РФ с Тегераном не прерывается ни на минуту. Москва даёт чёткий сигнал: она сделает всё, чтобы регион не скатился в кровавый хаос. И у Кремля есть для этого свои рычаги.
Голос разума
После начала американской операции «Эпическая ярость» и израильской «Рык льва» в отношении Ирана Россия сразу же дала чёткую оценку происходящего на высшем уровне. Владимир Путин 2 марта провёл серию телефонных звонков с лидерами Арабских Эмиратов, Бахрейна, Саудовской Аравии и Катара.
В беседах он подчеркнул необходимость вернуться к переговорам и выразил готовность России «использовать все имеющиеся возможности для того, чтобы активно содействовать стабилизации обстановки в регионе».
По словам пресс-секретаря президента Дмитрия Пескова, Кремль поддерживает постоянную связь с руководством Исламской Республики.
Также в ходе разговора с президентом Объединённых Арабских Эмиратов Мухаммедом бен Заидом Аль Нахайяном глава России заявил:
«Имевшиеся наработки (по иранской ядерной сделке. – Прим. «ДК») были сорваны в результате неспровоцированного акта вооружённой агрессии против суверенного государства – члена ООН в нарушение основополагающих принципов международного права».
Официальной причиной атаки на Иран со стороны США и Израиля как раз стали «зашедшие в тупик» переговоры по отказу Тегерана от разработок в сфере ядерного оружия. И в эту версию практически никто не верит.
Доказательств того, что у Ирана есть ядерное оружие, за все десятилетия иранской ядерной программы – нет. Если бы оно действительно имелось, то на уровне тактических зарядов уже было бы использовано в рамках нынешней кампании. Иран сейчас противостоит противникам всеми имеющимися военными наработками, в том числе и новейшей ракетой средней дальности «Фаттах-2» с гиперзвуковой боевой частью. Которая, судя по всему, вообще только сошла с конвейеров.
Чего на самом деле хочет Трамп
Трампу плевать на ядерный потенциал Исламской Республики. Это государство нужно ему полностью подконтрольным. В конце декабря в Иране вспыхнули массовые беспорядки, которые очень напоминали «цветную революцию» с целью свержения правящего режима.
И тогда, и сейчас, во время текущей военной кампании, в публичном пространстве настойчиво фигурирует принц иранской династии в изгнании Реза Пехлеви. Который, проживая на территории США, заявляет, что готов вернуться в Иран и взять всю полноту власти в стране в «этот переходный период». И обещает США «триллионные сделки».
Дональд Трамп уже сделал прямое обращение к иранцам. Он призвал их «брать свободу и своё государство в свои руки», то есть в буквальном смысле «сносить режим» и даже указал, что у него есть три кандидата на пост главы Ирана.
Перспективы создания из Исламской Республики марионеточного государства привлекают Вашингтон по понятным причинам. Иран – третья по залежам нефти страна в мире.
А главное – Иран контролирует Ормузский пролив, по которому проходит до четверти мировых поставок углеводородов. После начала боевых действий Тегеран пролив перекрыл, и цены на нефть и газ тут же взлетели на 10–20 %. Естественно, такая транспортная артерия для США максимально интересна.
Третий момент – это ослабление Китая и евразийских передовых государств. Иран – узловая точка коридора «Север-Юг», который берёт начало в России, смыкается с китайскими логистическими проектами и выходит на Индию. Выбив Иран из этой схемы, Трамп нанёс бы долгосрочное экономическое поражение Пекину.
Иран уже многие годы остаётся одним из поставщиков нефти в сторону КНР. И речь там идёт о десятках, а в перспективе – сотнях миллиардов долларов. Пекин в 2020 году заключил с Тегераном соглашение сроком на 25 лет, суть которого в стабильных поставках иранской нефти по стабильным ценам со скидками. В обмен на то, что Китай вложит в инфраструктурные проекты Ирана до 400 миллиардов долларов.
В общем, в случае успеха Вашингтона жизнь осложнится для всей Евразии как минимум в логистическом и экономическом смысле.
Не всё так просто
Несмотря на выгоды для США, это максимально рискованная для Трампа кампания. Он заявил, что конфликт продлится четыре-пять недель. И дело не в том, что за этот срок Штаты «вбомбят Иран в пыль». Согласно «Резолюции о военных полномочиях» президент США имеет право инициировать и проводить военные кампании только в течение двух месяцев. Дальше нужно одобрение Конгресса. А в Конгрессе настроения тревожные. Там сейчас минимальный перевес республиканцев, промежуточные выборы в ноябре, а демократы максимально громко рассказывают про любые ошибки Трампа. Именно про-демократический CNN сейчас подробно транслирует информацию про удар по иранской школе для девочек, в результате которого погибло 170 человек. Транслирует не от большой любви к Ирану, а чтобы «потопить» республиканцев.
И если Трампу сейчас нужен блицкриг, то Ирану, напротив, выгоднее затяжной конфликт. Тегерану есть, чем обороняться. Речь даже не про ракеты и дроны. Хотя их у Исламской Республики достаточно, чтобы уже сейчас бить по нефтяной инфраструктуре, связанной с Западом, и по военным базам США, делая эту войну максимально затратной для Вашингтона. А Трамп, напомним, пришёл к власти под лозунгами экономии бюджетов и получения Америкой прибылей.
Речь ещё и про Корпус стражей исламской революции (КСИР). Структуру с сетью агентуры по всему миру и полноценной армией. Руководство КСИР после смерти аятоллы Хаменеи заявило:
«Мы не покоримся врагам, особенно преступной Америке и зловещему сионистскому режиму! Силой и поддержкой благородного народа мы будем продолжать путь мудрого и могущественного лидера, до последней капли крови и капитуляции врагов».
И это – режим действий «мёртвая рука». КСИР будет бить врагов до последнего по всему миру любыми методами. Этот приказ мог бы отменить Хаменеи. Но его американцы убили. И теперь для Запада открываются весьма пугающие перспективы.
Важно, что у Ирана есть Договор о всеобъемлющем стратегическом партнёрстве с Россией. Пунктов о прямом военном вмешательстве сторон в случае нападения на одну из них там нет. Но есть положения об обмене военными технологиями и военными специалистами. Однако важно понимать, что если Россия и будет поставлять военную технику и инструкторов Ирану, то широкая общественность узнает об этом в самую последнюю очередь. Военная тайна – дело закрытое.
Что в итоге?
Трамп влез в адскую для себя историю. На кону влияние на мировую нефть и логистику, а также ослабление стратегических противников. Вот только позиции самого американского президента ослаблены, и время играет против него.
Москва же заняла рациональную позицию, которую озвучил 3 марта пресс-секретарь президента Дмитрий Песков:
«Владимир Путин, безусловно, будет прикладывать и прикладывает все усилия для того, чтобы способствовать хотя бы незначительной разрядке напряжённости».
И у президента есть все шансы на успех. Иран – наш союзник, но и другие государства в регионе наши давние и надёжные партнёры. По крайней мере, наша страна приложит все усилия, чтобы избежать кровавого хаоса, развязанного американцами, который может ударить по всему миру.
Александр ЧАУСОВ, публицист, кандидат исторических наук
