Двенадцатое мая. Эта дата навсегда вошла в историю края как день, когда жители ЛНР сделали свой выбор, определивший их будущее на годы вперёд.
Восемь лет республика жила в статусе самопровозглашённой. Полуразрушенная, лишённая плодородных земель, потерявшая экономические связи. Но несломленная и доказавшая всему миру: Донбасс никто не ставил на колени, и никому поставить не дано.
Как это было
Я помню этот день, будто он был вчера. Двенадцатое мая 2014 года погода была переменчивой. С утра было тепло. Но к середине дня яркое солнце закрыла откуда-то набежавшая туча и начался дождь. Я шла под зонтиком и думала: каким же будет результат референдума и чем закончится противостояние с государством, которое ещё вчера было моим? Неизвестность пугала, но в сердце теплилась надежда, что наш выбор признает Россия. В городе гуляли слухи, что в паспортные столы уже привезли российские паспорта. Значит, всё будет так, как в Крыму. Мы тоже провели референдум. Мы наверняка выбрали независимость. Значит, нас признают. Оставалось только узнать процент проголосовавших.
«Мы думали только о России, мы ждали признания», – вспоминает Светлана Гизай, депутат Народного Совета ЛНР, активная участница Русской весны.
В парке Героев ВОВ собирался народ. Мы ждали. Ждали наших лидеров, которые должны были озвучить результаты. Накануне вся Луганская область проголосовала. На избирательных участках стояли километровые очереди. В бюллетене всего лишь один вопрос: «Поддерживаете ли вы акт о государственной самостоятельности Луганской Народной Республики?» и два ответа: «Да» или «Нет». Мы верили, что нас услышат. Услышит Киев – и ему придётся смириться. Услышит Москва – и мы вернёмся домой. Мы ВЕРИЛИ…
Огромное количество людей стояли и ждали. И вот ошеломляющие результаты: при явке в 75 % «ЗА» высказалось 96,2.
Впереди нас ждали большие испытания, но в тот момент никто об этом не думал. Была одна-единственная мысль: «Мы победили!»
Республика. Начало
«Когда стало понятно, что так, как в Крыму, не будет, мы начали строить своё государство. Конечно, было очень сложно», – рассказывает Светлана Гизай.
Крупные политические деятели той украинской Луганщины ещё в начале весны трусливо сбежали в Киев. Чиновники рангом пониже отказались сотрудничать и выехали в Северодонецк. На местах оставалась небольшая часть тех, кто готов был строить новое государство вместе с новыми депутатами из народа.
И, как в любой стране, главным законом должна была стать Конституция.
«Написание Конституции было в какой-то мере даже спонтанной идеей, потому что в тот момент о Конституции и не задумывались все те, кто стояли с оружием в руках. Тем не менее была организована группа, которая взялась за такой важный шаг, потому что Конституция – это одна из основ существования любого демократического государства», – вспоминал Алексей Карякин, первый председатель Народного совета.
Я была лично знакома с Олегом Поповым, депутатом первого созыва, одним из авторов Основного закона. Помню, он рассказывал мне, как кипела работа. С каким воодушевлением и подъёмом люди старались сделать всё, чтобы ЛНР соответствовала статусу государства. Конституция была написана в рекордно короткие сроки. 18 мая 2014 года был принят и опубликован первый Основной закон республики.
Были созданы министерства, назначены первые министры. Украина тем временем как будто не замечала Луганска. Но 2 июня киевские фашисты из самолёта расстреляли центр Луганска. Погибли мирные люди, в их числе – Александр Гизай.
«Украину я окончательно похоронила 4 июня, вместе со своим мужем, – делится со мной Светлана. – Я и до этого не верила в то, что это государство признает наш выбор, но день прощания с мужем стал для меня точкой невозврата».
Лето 2014 года
Жаркий июль 14-го. Город почти в полном окружении. Нет света, воды, связи. Замерла логистика. Полная блокада. Кадровый голод.
Казалось, что Луганск не выстоит. Но каждое утро на улицы выходили дворники. Ездили маршрутные такси. Работала городская администрация. «Зеленстрой» поливал клумбы. Невзирая на ежедневные обстрелы, город жил.
«Вы знаете, как мы искали работников?», – спрашивает меня Светлана Фёдоровна. Я пожимаю плечами и внимательно слушаю.
«В здании Дома профсоюзов лежала тетрадка, в которую каждый желающий работать вписывал свои данные. Фамилию, адрес и как его найти. Связи же не было», – рассказывает Гизай.
Город боролся и жил. А правительство и депутаты решали вопросы жизнеобеспечения. И самый важный: как поддержать голодающее население.
«Мы искали все возможности, чтобы не дать умереть с голоду людям. Ведь были случаи: старики умирали. Первой проблемой было составить списки оставшихся, чтобы правильно распределить гуманитарную помощь. Мы справились со многими вызовами».
А потом приехали первые Белые КамАЗы.
«Русские своих не бросают», – это не просто слова. Гуманитарный конвой РФ прорвался сквозь блокаду и по единственной дороге под обстрелами привёз в Луганск продукты и воду.
Сентябрь. Минские соглашения
«Началась относительно мирная жизнь. Перед нами встали другие вопросы: где посеять пшеницу, какие овощи можно вырастить, как наладить экономические связи, что мы вообще можем, – продолжает Светлана Фёдоровна. – Опыта решения таких вопросов почти ни у кого не было. Но у всех было желание учиться и работать. Было желание доказать, что все потери были не зря. Что мы обязательно всё сможем. Мы горели своим делом, и мы очень любили свою республику. Старались доказать свою самостоятельность и состоятельность. И у нас, кажется, это получилось».
Я могу это подтвердить. Да, действительно получилось. Жизнь постепенно наладилась. Заработали предприятия, появились экономические и культурные связи, но в сердце продолжала жить мечта о признании независимости, о признании республики. Мы перестали себя считать частью Украины в 2014-м, но мирового признания так и не получили. И всё это время продолжались боевые действия.
Февраль 2022-го. Признание
Осенью 2021 года напряжённость в республике возросла. По просьбе Киева западные страны увеличили военную помощь Украине. 19 января 2022 года фракция КПРФ внесла в Госдуму проект обращения к Путину о признании независимости ДНР и ЛНР. 15 февраля Госдума приняла его и направила президенту.
Это было настоящее счастье. 21 февраля президент России подписал указы о признании ДНР и ЛНР. А ещё через 7 месяцев, 30 сентября, после проведённого референдума мы вернулись домой, став новым регионом Российской Федерации.
ФИНАЛ
Сейчас парк Героев ВОВ не узнать. Московские шефы постарались на славу. А я, каждый раз проходя мимо места, где стояла сцена, вспоминаю, как Валерий Болотов объявляет результаты референдума. И мысленно произношу: «Мы смогли, мы – победили!»
Светлана ЛИСОВСКАЯ
