Призовое место студента из Ясиноватой Владислава Шабалина на международных соревнованиях молодых реставраторов в Москве заставляет посмотреть на его профессию шире. Для Донецка и особенно Луганска реставратор сегодня — это уже не специалист по редким музейным объектам, а человек, от которого во многом зависит, сохранят ли города собственное архитектурное лицо. Донбасс активно восстанавливается, но вместе с необходимостью строить новое перед ним стоит не менее сложная задача — не потерять старое.
Владислав Шабалин учится в Ясиноватском строительном техникуме транспортного строительства. В Москве он выступал в компетенции «Реставрация терразитовых штукатурок и каменного декора». Вместе с наставниками студент несколько месяцев учился восстанавливать утраченные элементы, работать с натуральным камнем и подбирать реставрационные смеси так, чтобы новый участок не отличался от исторической поверхности.
На первый взгляд — очень узкая специальность. Но достаточно пройти по центральным улицам Луганска или Донецка, чтобы понять: именно такие навыки здесь будут требоваться всё чаще.
Луганску в 2026 году исполнился 231 год. Донецк в этом году отметил 157-летие. Разница — 74 года, и в архитектуре она чувствуется особенно хорошо.
У Луганска есть Старый город — древнейшая часть, вокруг которой в конце XVIII — начале XX века фактически вырос современный областной центр. Здесь находятся музей истории и культуры Луганска, литературный музей Владимира Даля, водолечебница, старое почтовое здание и другие постройки, часть которых сегодня не используется и нуждается в возвращении к жизни. Городские власти уже заявляли о намерении продолжать восстановление этой территории.
И здесь принципиальна разница между обычным ремонтом и реставрацией.
Ремонт может заменить старое новым. Реставрация должна сначала понять, что именно перед нами, из чего это было сделано, как выглядело первоначально и что можно сохранить. Иногда для этого приходится поднимать архивные фотографии и чертежи, исследовать старые растворы, штукатурку, камень, металл, лепнину.
Хороший пример — луганская гостиница «Октябрь». Архитектор Леонид Козак отмечал, что возможное восстановление здания потребует работы с архивами, поскольку речь идёт о памятнике архитектуры авторства Иосифа Каракиса. Детали — от гранитных крылец до декоративных элементов — здесь являются частью первоначального замысла, а не просто отделкой, которую можно заменить любой современной.
Поэтому для Луганска тема реставрации стоит особенно остро. Здесь восстановление города нельзя свести к формуле «снести старое и построить новое». Если поступать так со всем, спустя несколько десятилетий можно получить благоустроенный город, который перестал быть Луганском.
История города хранится не только в музеях. Она остаётся в масштабе улиц, фасадах, старых лестницах, дверях, оконных проёмах, камне, лепнине и даже в способе, которым мастер когда-то наносил штукатурку.
Донецк моложе, но это вовсе не означает, что проблема его не касается.
Большой пласт городской архитектуры здесь появился в советское время. Массовое строительство шло особенно активно несколько десятилетий назад, и многие дома уже подошли к возрасту, когда обычного косметического ремонта недостаточно. Ранее «Донецкий кряж» обращал внимание, что значительная часть городской застройки относится к периоду 40–60-летней давности, а состояние таких домов требует всё более серьёзного внимания.
«Реставрация — это всегда диалог с историей», — сказал после соревнований мастер производственного обучения Александр Пономаренко.
Для Донбасса эта формулировка сегодня звучит почти буквально.
Луганску предстоит решать судьбу Старого города, исторических школ, гостиниц, жилых домов и памятников архитектуры. Донецку — сохранять архитектуру середины прошлого века, мосты, общественные здания и другие объекты, которые постепенно сами становятся историей.
При этом работа уже начинается и на уровне подготовки кадров. Ясиноватский техникум ранее отправлял студентов на стажировки в московский Колледж архитектуры, дизайна и реинжиниринга, где они осваивали реставрацию памятников каменного зодчества. Сам Шабалин после московских соревнований сказал, что намерен связать свою дальнейшую профессию именно с реставрацией.
