Есть в Донецке место, где до сих пор спорят о том, как должен выглядеть фасад, но точно знают, что колыбельная может заставить ребёнка плакать не от страха, а от нежелания спать. Донецкий республиканский академический театр кукол — здание, которое когда-то было кинотеатром, в самые острые моменты служило бомбоубежищем для жителей Калининского района, а сегодня, шаг за шагом, превращается в современный культурный центр. О том, как после возвращения Донбасса в Россию меняется первый театр в жизни каждого человека, нам рассказала его генеральный директор и художественный руководитель Ольга Арутинова.
Начать с нуля
Ольга Арутинова пришла в театр в конце 2020 года. Здание к тому моменту пережило десятилетия без капитального ремонта — с 1983 года, когда его отдали труппе, здесь не менялось почти ничего.
«Театр был, скажем так, в не очень хорошем состоянии, — признаётся она. — Это первое место, которое учит человека культуре, и мне хотелось, чтобы оно было современным, популярным».
Поначалу о федеральных проектах речи не шло — Донецкая Республика жила своей жизнью, и ремонт делали по крупицам. Первым делом привели в порядок сцену и зрительный зал. Но настоящие перемены начались позже, когда регион стал частью большой России.
Вентиляция как космодром
Первым федеральным проектом, в который включился театр, стала «Культура». Благодаря ему полностью обновили световое и звуковое оборудование, заменили кресла в зрительном зале. А ещё оснастили малую сцену — её открыли гораздо раньше, но именно современная техника позволила экономить электроэнергию и работать на качественно ином уровне.
Следом пришёл национальный проект «Семья». И здесь началась работа, которую не видно зрителю, но без которой театр просто не мог существовать. Вентиляция.
«К сожалению, за долгие годы эксплуатации она пришла в непригодность, — объясняет Ольга Арутинова. — А здесь находятся дети, и вентиляция должна соответствовать стандартам».
В прошлом году капитально отремонтировали всю систему.
«У нас там целый космодром, как я говорю, выстроен на крыше, — улыбается она. — Не просто вентиляционные каналы, но и само оборудование, которое позволяет регулировать температуру воздуха и доступность по зонам».
А в этом году взялись за крышу. Капитальный ремонт начали в апреле, договор — до конца ноября. Работа идёт, несмотря на дожди, которые заставляли изрядно поволноваться.
«Театр с одной стороны работал, с другой — нужно было срочно начинать ремонтные работы. Но мы с этим справились», — говорит Арутинова.
Сейчас большая часть внутренних работ позади, осталась замена балок — когда-то, много лет назад, здесь был пожар, и некоторые конструкции нуждаются в полной замене.
«Дальше всё пойдёт гораздо быстрее и не так опасно для внутреннего состояния театра», — надеется директор.
Третья сцена и нулевые зрители
Параллельно с кровлей в театре кипит работа внутри. Начинали с того, что видно зрителю: сцена, зал, туалеты. Но очень скоро стало ясно: места катастрофически не хватает. Здание бывшего кинотеатра не рассчитано на театральную труппу, цеха, костюмерную, студию звукозаписи. Здесь каждый миллиметр на счету.
Тем не менее студию звукозаписи уже сделали. Отремонтировали репетиционный зал. Подготовили третью сцену — специально для самых маленьких, для спектаклей с маркировкой «0+».
«Очень большой популярностью начали пользоваться спектакли для ноликов, — объясняет Арутинова. — Мы решили выделить им отдельное пространство. Там не должно быть большой сцены, какой-то сумасшедшей драматургии. Там мы говорим о воспитательных моментах, о тактильности, об общении».
Оборудование для этой сцены уже в пути — доставка в республику идёт непросто, но результат того стоит.
Привели в порядок кабинет администраторов и отдел кадров, обновили кассу. Сейчас взялись за бухгалтерию. Дальше на очереди — столярный цех.
«Столкнулись с тем, что это должна быть особая зона, — говорит директор. — Очень много материалов для декораций, всё должно быть компактно и чётко распределено. Поэтому цеха тоже надо приводить в порядок».
Фасад, о котором спорят
И всё же главное, чего ждут и в театре, и в районе, — ремонт фасада.
«Всё начинается с одёжки, — говорит Арутинова. — А фасад в очень плачевном состоянии на сегодняшний день».
В 2027 году, если всё сложится, именно фасадом займутся в рамках национального проекта «Семья». Проектная документация уже готовится.
Но каким ему быть? Долго думали: с одной стороны, хочется сказки — всё-таки театр кукол, место, куда приходят дети. С другой — времена меняются, дети взрослеют быстро, их сложно удивить. К тому же вечерами театр открывает двери для взрослого зрителя.
«В названии «Театр кукол» нигде нет слова «дети»», — напоминает Арутинова.
В итоге решили сделать фасад универсальным, а в те часы, когда идут детские спектакли, украшать пространство своими силами — так, как это было раньше, когда во дворе театра работал «Нескучный выходной с куклами».
«Главное, чтобы это было практично и долговечно», — резюмирует директор.
Там, где гномики живут в мамах
Кстати, о малышах. Baby-театры, спектакли для самых маленьких — сегодня это отдельное, очень востребованное направление. И именно Театр кукол стал для него идеальной площадкой.
«Ребёнок первое своё общение начинает именно с куклой и через куклу получает опыт общения, — объясняет Арутинова. — Здесь нет границы сцены, здесь одно пространство, где дети проживают спектакль вместе с артистами».
Впрочем, она предостерегает от путаницы: baby-театр — не детская комната.
«Ребёнка мы не сдаём, мы находимся вместе с ним».
Мамы в какой-то момент могут стать домиками, а дети — гномиками, и гномики обязательно возвращаются к своему домику.
«Дети уже в год воспринимают, — уверяет директор. — Они могут пощупать, потрогать. Да, есть моменты, когда ребёнок плачет. Была у нас ситуация смешная: идёт спектакль «День рождения Солнышка», персонаж-мышка укладывает деток спать. Звучит колыбельная, всем раздают мышат, и один ребёнок зарыдал. Я испугалась: неужели испугался? А он плачет, потому что подумал, что его тоже укладывают спать. И кричит: «Мам, не хочу спать, я же пришёл в театр!» То есть они полностью вникают, являются участниками, стираются все границы».
Театр, который выстоял
Здание на Калининском проспекте когда-то было кинотеатром. Оно пережило войну, служило бомбоубежищем, горело. Сегодня, благодаря федеральным программам, оно меняется на глазах. Ещё вчера здесь меняли кресла и учились работать с новой световой аппаратурой. Сегодня — перекрывают крышу и готовят проект фасада. Завтра, если дай бог, закончат и фасад, и внутренние цеха, и кабинет директора (его по традиции оставили на самый последний момент).
«С нетерпением жду, — говорит Ольга Арутинова. — И коллеги мои, и, я думаю, все жители нашего района, и зрители театра».
Потому что для Донецка этот театр — не просто место с куклами. Это точка, где начинается культура. И теперь у неё есть шанс зазвучать по-новому.
Давид ХУДЖЕЦ
